Педагогика Культуры

Общественный научно-просветительский журнал

Бровко Лариса Александровна,

заместитель директора по научной работе

Симферопольского художественного музея,

г. Симферополь, Республика Крым, РФ

Храмовое действо современного музея: Вслед за Мусагетом

Наверное, нет ни одного музея, который бы не включил в свою работу направление музейной педагогики. Музейное воспитание охватывает разновозрастную аудиторию. Как правильно подать это «питание», пищу для духа для всех его посетителей? В наше время музеи все чаще именуют храмами Муз, иногда перечисляя дочерей всемогущего Зевса и богини памяти Мнемосины. Учебники сухо трактуют музей как научно-исследовательские и научно-просветительские учреждения, осуществляющие комплектование, хранение, изучение и популяризацию памятников естественной истории, материальной и духовной культуры. Для древних греков Музейон был святилищем не только сакральным, но и научным. При знаменитом Александрийском музейоне (305-283 гг. до н. э.), возглавляемом жрецом, жили и трудились математики, географы, врачи, астрономы, философы, филологи. Не случайно в переводе с греческого языка слово «музы» означает «мыслящие». Иногда Музы изображались в форме пчел, собирающих мед знаний. Пчела была символом ученичества. Таким образом, Музы были связаны с наукой, знанием и сознанием через Мнемосину. А Мнемосина, или Анамнезис (от греч. anamnesis – припоминание), по теории Платона, есть воспоминание, память о том, что душа созерцала до своего рождения в мире Отчем, горнем, мимолетное касание мира божественной Красоты. Для мифологического мышления древних людей наука и искусство, дух и материя были неразрывно связаны. Знания, получаемые от богов, или инобытия, соединяли в их сознании два мира, управляемые Космосом и его законами. В ходе эволюции человечество прошло через религиозное мышление, разделившее дух и материю, а затем через научное мышление, когда связь с Высшим инобытием оказалась прервана. Эти этапы эволюции мышления человечества подробно изложены в трудах Л.В. Шапошниковой [1].

В настоящее время формируется космический тип мышления, призванный соединить науку с метанаукой, материю с духом, ведущий к познанию единства макрокосмоса и микрокосмоса. Заметим, что при господстве религиозного типа мышления, человечество не прекращало заниматься коллекционированием предметов культа в храмах, во множестве построенных, и пополнять предметами искусства частные собрания. Затем, при научном типе мышления, создавались музеи материальной науки, ярким примером которых являются анатомические, естественно-научные кабинеты, в частности, Кунтскамера, основанная Петром I, и также строились храмы науки: университеты, институты. Музеи изобразительного искусства советского периода были научно-исследовательскими учреждениями, более опирающимися на морфологический анализ (формы картины, фактуры, характера мазка и т. п.), то есть упор делался на исследование материального, внешнего, а не внутреннего глубинного содержания произведения, следуя определенной марксистской идеологии.

Недоступные тогда труды искусствоведов Серебряного века были иной направленности. Синтетические стремления рубежа XIX-XX веков обращались к возрождению сакрального искусства античности и средневековья, мечтая о возвращении искусству значения храмового, литургического [7, с. 252]. Тогда главными целями живописи считалось умение показать невидимое в видимом, или идти от незримого к зримому. Затем, Серебряный век заговорили о мировой мистерии всех землян, объединенных в духе (А.Н. Скрябин) и теургии, сотворчестве со Вселенной (Вл.С. Соловьев). О музее будущего писал философ-космист Н.Ф. Федоров, которого называют предтечей русского космизма. Его влияние испытали Вл. Соловьев, Л. Н. Толстой, считающие мыслителя своим учителем, Ф.М. Достоевский, А.А. Фет, А. Белый, Л.О. Пастернак, К.Э. Циолковский.

Язык и глубина мыслей Н.Ф. Федорова мало понят современниками. Он говорил, что пока музей является только хранилищем, он подобен могиле; что для древних музей – это собор ученых; что главная деятельность музея есть исследование, но оно стало отвлеченным, ограниченным по объему и по содержанию (это было написано до революции 1917 года, когда на всю Россию было около 30 музеев); что Музей был храмом, когда разум и память были вместе, (т. е., Музы «мыслящие» и Мнемосина «память» были связаны глубинно); что музей-храм есть первая научно-художественная попытка объединения или воспитания народа, превращение его из толпы в нравственное общество, в братство, когда все как один, тогда музей будет действовать душеобразовательно [2].

Задачей современного музея-храма является формирование космического мышления у посещающих его «прихожан», устремляя сознания людей через прекрасные произведения искусства к постижению божественных законов гармонии. Здесь можно еще раз вспомнить Мнемосину, родоначальницу всех искусств. Поэт, критик, искусствовед М. Волошин называл память внутренним зрением духа [3, с.100]. Мнемосина-память поможет восстановить утраченное единство духо-материи, мгновеньем вдохновенья связать пространство и время, а ее божественные дочери под покровительством Аполлона Мусагета – водителя Муз, поведут вокруг солнечного Бога новую спираль хоровода, обещая новый расцвет всех искусств, утверждая жизнь и возрождение Духа. Пока же, на Земле хоровод ведется вокруг человека и его страстей, а не вокруг Бога, потому обществу, как никогда ранее, необходима «прививка Культуры».

Известно, что развитие искусства идет циклично. Периодически возвращающаяся «на круги своя» идеациональная система культуры, (основанная на принципе сверхчувственности и сверхразумности Бога) требует особой ментальности [4]. Но искусство мышления, по меткому замечанию П. Сорокина, заменено банальным поиском информации, что является признаком чувственной системы культуры. Перед музеями стоит проблема – не допустить превращения «храма» в «диснейленд» [5]. К сожалению, существует отношение к культуре как к сфере услуг, и существует проблема появления посетителей уровня «хлеба и зрелищ». В этом смысле музей является четким индикатором духовного здоровья общества. Не потому ли испытание культурой выдерживают не все?

Живя в эпоху перемен, мы являемся свидетелями стремительного разделения человечества на два полюса. То самое поле битвы добра и зла, света и тьмы, как предсказывал Ф.М. Достоевский, находящееся в сердце каждого индивидуума, а, следовательно, в его сознании, безжалостно обнажает все болезни, пороки, которые ранее удавалось вуалировать, скрывать или наоборот, демонстрирует другой полюс, степень духовного здоровья личности. Заметим, что главным индикатором в этой борьбе человека с самим собой является культура, ее всепроникающая сила, в глубинном понимании и осмыслении ее творцами Серебряного века. Например, для Андрея Белого: «Культура мысли – в со-мыслии; в смысле; культура чувства – в со-чувствии, культура воли – в содействии (в социальности); культура же в целом – связующее начало смысла, стиля и долга; оно – «само» мира сознания, этой нам единственной данной целости, не отвлеченно, а знаемой конкретно; сознание – вот единственно, что мне и дано, как предмет, и что мне меня дает как процесс переживания сознания; этот процесс есть культура; предметы же, выводимые процессом – продукты культуры» [6, с. 35].

Другой мыслитель Серебряного века – Н. Бердяев – говорил, что в культуре, вышедшей из культа, и, которая «зачалась» вокруг храма, «происходит великая борьба вечности с временем <...>, со смертью. <...> Культура стремится к воскресению» [7, с. 702]. Именно с Культуры начинается любой музей. С Культуры с большой буквы, включающей ее дифференциации: одухотворенную науку, одухотворенное искусство и высокие философские этические нормы.

При смене парадигмы мышления появляются новые формы работы музеев с посетителями. В 2008 году Симферопольский художественный музей подготовил специальную программу «Симферополь – культурная столица». В течение шести лет проводились специальные экскурсии, лектории, игры-аполлониады, квесты, образовательные викторины, круглые столы для детей разных возрастных групп, семинары для педагогов. Работая как культурный центр, музей организовал занятия семейной изостудии, уроки по изучению истории искусств на английском языке, работу студии «Арт-дизайн» по изучению истории костюма. В 2012 году дополнительно разработана программа для дошкольников, в которой главный акцент был поставлен на обучение детей искусству «видеть искусство», ибо видеть означает еще «познавать». К 2015 году 90 % посетителей музея составляет подрастающее поколение.

Впитав богатое наследие ученых, мыслителей Серебряного века, современные работники музеев смогут снести свою лепту в формирование вкуса зрителей XXI века, как в XIX веке формировали его художники-передвижники. Необходимо возвратить человечество, особенно подрастающее поколение, к истокам культуры, к храмовому синтезу искусства, науки, религии, другими словами, смена парадигмы мышления возможна через музейное воспитание и образование. Единственным мерилом качества этого процесса будет Красота, призванная и спасать, и преображать, и возрождать к лучшей жизни этот заблудившийся мир. Кастальский ключ Мусагета по-прежнему хрустален.

 

Литература:

1. Шапошникова Л.В. Исторические и культурные особенности нового космического мышления / Л.В. Шапошникова // Объединенный Научный Центр проблем космического мышления. – М.: МЦР, 2005. – С. 5-41.

2. Федоров Н.Ф. Сочинения / Н. Ф. Федоров // Серия: Философское наследие : в 136 т. – Т. 85.– М.: Мысль, 1982. – 711 с.

3. Волошин М.А. Лики творчества / М. А. Волошин. – Л.: Наука, 1988. – 848 с.

4. Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика / П.А. Сорокин // Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. – М.: Астрель, 2006. – 1176 с.

5. Труды Государственного Эрмитажа. – Т. 50: Музеи мира в XXI веке: реконструкция, реставрация, реэкспозиция: материалы Междунар. конф. / науч. ред. Государственный Эрмитаж. – СПб.: Изд-во Гос. Эрмитажа, 2010. – 190 с.

6. Белый А. Душа самосознающая / Андрей Белый. – М.: Канон+, 1999. – 560 с.

7. Бердяев Н.А. Судьба России : Сочинения / Н.А. Бердяев. – М.: Издательство ЭКСМО-Пресс; Харьков: Издательство Фолио, 2000. – 736 с.