Педагогика Культуры

Общественный научно-просветительский журнал

 

Лииматайнен Мира-Валентина

руководитель культурно-просветительского общества им.Н.К. Рериха, 

г. Хельсинки, Финляндия.

Ахола-Вало: «Люди, работающие на благо маленького ребёнка,

воспитатели – наиважнейшие люди в мире»

Жизнь проходит на видимом и невидимом планах Бытия. Наблюдающиеся сегодня нестабильность в обществе, развал экономики, падение нравственности, распад семьи и многое другое – все это на физическом плане. Но параллельно, в то же самое время, идет работа, как бы невидимая, по консолидации умных, неравнодушных людей, устремленных в будущее, в течение многих десятков лет закладывающих фундамент новой жизни.

 

Алексантери Ахола-Вало (фин. Aleksanteri Ahola-Valo) (1900-1997) финский художник-авангардист, писатель, философ, гуманист, борец за просвещение, за красоту в жизни каждого дня. Этот человек, не знавший отдыха, работал и жил не личными мерками, не мерками одной нации. Всю свою сознательную жизнь Алексантери служил людям, горел во имя пробуждения духа гуманизма и твёрдо верил, что только через Культуру – через просвещение каждого человека, через науку и понимание красоты люди смогут выйти на новый культурный уровень.

Мудрая любовь – так назвал он качество, без которого не может состояться Человек Будущего.

В 1994-ом году на расширенной дирекции правления перед работниками Просвещения во главе с губернатором коммуны Хяме (Хямеенлинна, Финляндия) Каарина Суонио и главным директором Вилхо Хирви Ахола-Вало осветил главные, наиважнейшие задачи образования.

Речь А. Ахола-Вало в сокращённом варианте:

«Люди, работающие на благо маленького ребёнка, воспитатели – наиважнейшие люди в мире. Но они сами ещё не понимают свою ценность. Почему? Они ещё не знают, что тот, кто воспитывает и учит, тот и управляет государством. Так и есть в мире будущего. В современном мире все очень спешат. Спешат в бар и куда не нужно, но почему-то нет спешки, строить новую школу, в которой нуждается и даже остро больное человечество. Не проходит мгновения на планете, чтобы что-то не сгорело и не пострадали бы люди. Поэтому пробуждение силы духа гуманности – самая важная задача в мире. Ещё в детстве я дал святую клятву, что сделаю всё, что я могу, чтобы научиться тому, как учить воспитанию. Это самая важная и святая клятва, которую ребёнок может дать себе.

Какая задача сегодня? Мы должны стать полностью цельными.

Самая важная задача – спасти в нашем мире хоть одно СРЕДОТОЧИЕ ЗНАНИЯ, ГУМАННОСТИ, ЧЕЛОВЕЧНОСТИ. Ведь этого нет. Существуют университеты, казалось бы, высокой степени, но на каком низком уровне они остаются, если не знают, как человек должен жить, как управлять государством.

Неважно, маленький народ или большой, но примером является тот народ, который понимает, каким человек должен быть. Школа и обучение не должны быть сиротами в этом мире. Наша сила в истинной науке. Я люблю вас, потому что вы выбрали профессию, которая уже сама по себе представляет – МУДРУЮ ЛЮБОВЬ в мире. Вы должны узнать, что нужно ребёнку. Вы это сможете узнать, основав НАУЧНЫЙ ЦЕНТР педиатрической психологии, где будут изучать душу и путь её развития. Такой должен быть в каждой развивающейся честным путём стране. Ребёнка необходимо развивать уже с самого раннего возраста. Если вы это сделаете, то сослужите большую службу человечеству, спасёте свой народ от этой ставшей привычкой беды, в которой народы пребывают, считая своим единственным богом только деньги.

Большинство работников в школах – думающие консервативно, пленники психологии старых времен. В подобной должности прекрасно справится и бойскаут, если нет никаких высших требований. Но мы должны об этом подумать более глубоко. Работник школы должен показать пример другим и мыслить на таком глубоком уровне, что, действительно, образуется факультет, который на практическом уровне послужит воспитанию человека. Взрослые ещё не проснулись к пониманию, какой природной любознательностью обладает каждый новорождённый. Если это не осознаётся, то никакие другие данные не имеют значения.

Без воспитания дети становятся дикими мартышками.

Школа и наука о воспитании – самая большая задача в мире. От неё зависят все другие области науки. Школа не только для того, чтобы учить школьников читать и считать, а для развития более полноценного человека. Если вы этого достигнете, будет выполнена самая большая задача, которую мир ждёт. Это практическое задание. Используйте ресурсы для усовершенствования человека, а не на поддержание НЕЗНАНИЯ. Это те исходные пункты, среди которых я последние десятилетия живу и которыми удивляюсь. Это та трагедия, которую безуспешно пытается разрешить моё сердце.

Мы не можем сделать никаких обновлений без нового факультета. Мы совершим большое преступление перед человечеством, если вовремя не начнём готовить то, чего ждут все нации мира. Послушайте, дорогие друзья. Я вас уважаю и хочу вместе с вами служить нашему народу. Я вечный студент»

Алексантери Ахола-Вало прожил долгую и насыщенную жизнь и оставил после себя невероятных размеров архив, сотни воплощённых идей, тысячи художественных произведений и яркий след в истории четырёх стран – Финляндии, Швеции, России, Беларуси. Удивительно, Ахола-Вало удалось встретиться с самыми великими людьми 20-го столетия, принять участие в Октябрьской революции, осуществить множество проектов и даже разработать целую науку по "совершенствованию" человека. Кто бы мог подумать, что такая невероятная судьба ждёт мальчишку, родившегося 27 января 1900 года в посёлке Импилахти Сердобольского уезда!

Не хватит и сотни страниц, чтобы осветить вехи из биографии этого Цельного человека, борющегося за Культуру и просвещение почти век. Отец – социалист, писатель и толстовец Пекка Ахола. Мать – Ида Ахола была из образованной офицерской семьи, знала несколько европейских языков. Через Пекка Ахола и сквозь него прокатилась вся история ХХ века. В детстве он видел Льва Толстого, встречавшегося со своим финским последователем. Пекка Ахола был участником рабочей демонстрации, организованной Гапоном 9 января 1905 года. В тот день Пекка Ахола взял своего пятилетнего сына на это воскресное мероприятие. В 1907 году Пекку выслали из Петербурга в область – в деревню Вырица.

Мягчайшее, надо признать, наказание, но наказание – за толстовство. Здесь его сын создал школу. Собрал детей, учебники, и дети под его руководством учились сами. Выбирали самых способных по тем или иным предметам в учителя – и учились. Земство им здание выделило. Потом в нем был интернат. Во время Великой Отечественной войны нацисты в этом интернате устроили детский концлагерь.

А биография Ахола-Вало создателя этой школы удивительна. С 1918 года – в Красной Армии. Участвует в советско-польской войне 1920 года. Остается жить в Витебске. Учится живописи, сначала у первого учителя Марка Шагала – Юделя Пэна, потом у самого Шагала, потом у Малевича. Переезжает в Минск. Строит там «Пантеон человеческих страданий». Простоял этот пантеон до оккупации Минска. Взорван нацистами как образец «вырожденческого искусства». В 1927 году Ахола-Вало – в Москве, в Наркомпросе, разрабатывает план «зеленого пояса» Москвы, по-нынешнему говоря, «экогородов» вокруг столицы.

В 1929-м умный и осторожный Карл Радек советует своему другу Ахола-Вало перебраться в Финляндию. Время утопистов кончилось. Наступало время «властной вертикали». В 1930 году Ахола-Вало в Финляндии. Разумеется, там его держат за агента НКВД, но не сажают, поскольку за него заступается гордость финской живописи Аксель Галлен-Каллела, адъютант Маннергейма во время гражданской войны. А вот когда Галлен-Каллела умирает, да еще начинается советско-финская война, вот тогда создателя «Пантеона человеческих страданий» отправляют в тюрьму, а спустя полгода высылают в Швецию. После второй мировой войны Ахола-Вало возвращается в Финляндию. В 1980 году приезжает в Вырицу, поглядеть на то место, где прожил десять лет.

В Витебске он сделал гравюру «Октябрь в космосе» и, когда Юрий Гагарин был в Финляндии, подарил ему ее.

Детство и просвещение. Отец – Петери ( Пекка ) Ахола (1875 – 1919) родился в Импилахти (фин. Impilahti) в Карелии . С 16 лет Пекка уже работал трубочистом. Во время Первой мировой войны, будучи солдатом, в 1915 году он оказался на Витебском вокзале, переполненном голодными беженцами, и, проводя там бессонную ночь на скамейке, долго раздумывал о "ненужности войны" – "мельницы погибели людей и добрых достижений человечества". В Витебске Пекка сочинил стихотворение, посвященное женщине, попросившей подержать младенца, пока она на дальней скамейке кормила старших. "Сидел я здесь посреди людей одинаковой судьбы, ощущая бесконечную радость от принадлежности к ним. Забыл, что я из далекой северной Финляндии – из простуженной страны, будто бы я уже давно принадлежу к этой семье обездоленных обидой горемык". А когда женщина вернулась и поблагодарила его "на сваёй мове", которая "напоминала русскую", Петери Ахола сказал ей: "Пусть ребенок побудет у меня на руках, ибо все люди – одна семья". И незнакомка уснула, положив ему голову на колено, рядом с ребенком. Потом, в поезде на Оршу, Петери Ахола долго говорил с той женщиной о "ненужности войны для простых людей". И ощутил "внутреннее спокойствие и веру в будущее".

Мать – Ида Ахола в 1902 году, после рождения второго сына Феликса умерла, и отец был вынужден искать новое место работы, чтобы прокормить двоих детей. Трагедия семьи оставила след во всей жизни Александра.

Семья Ахола переехала в самый центр Российской Империи – Петербург, когда Александру не было и 5 лет. Они поселились на Мойке, где маленький Али видел Льва Толстого. А позже стал свидетелем Кровавого воскресенья 1905. После этого Али стал серьезно задумываться о смысле жизни и о том, как можно остановить насилие, совершаемое "неразумными" взрослыми. Об этом событии он напишет в своём дневнике: "Именно тогда я почувствовал себя маленьким старичком". Он остро переживал взаимоотношение суеверий и религиозного рационализма, насилие взрослых над детьми.

Через некоторое время Пекку Ахола с семьей высылают под надзор полиции в Ингрию, под Питер, в Вырицу. Просвещенный и цивилизованный отец решил дать детям хорошее частное образование, для чего пригласил учительницу Людмилу Кузьмину, недавно потерявшую мужа и ставшую, впоследствии, приёмной матерью для Феликса и Алексантери. Именно мачеха подарила маленькому Али тетрадку и попросила вести дневник. Благодаря ей Алексантери делал записи о происходящем всю свою жизнь.

О том, что Али был необычным ребёнком, свидетельствует и то обстоятельство что, будучи школьником, он организовал собственную школу, где дети учили детей. Вот как он пишет об этом в автобиографии:

«Первая в России детская самодеятельная школа была организована первого августа 1909, без инициативы взрослых. До её основания эти дети были учениками и ученицами исключительных педагогов Людмилы Дмитриевны Кузьминой и Марии Розановой. Школьники Вырицкой земской школы практиковали преподавание: старшеклассники учили младших, когда учительница заболела. Потом автор этого повествования обратил внимание на польского мальчика Лёньку Михайловского, которого отец почти каждый день бил из-за своего религиозного фанатизма, а также дразнили другие дети из-за национальности. В Вырице многие железнодорожники и поляки поступали так со своими детьми. И вот Али (так звали в детстве автора этой повести) сказал своему отцу Петру Адамовичу Ахола: "Папа я хочу учить Лёньку грамоте. Его отец не пускает в школу и бьет, так что струпья не заживают".

Мой отец сказал на это: "В нашей местности сотни таких несчастных детей, а ты хочешь учить только одного. Лучше было бы, если бы вы все вместе сговорились да соорудили в летнее время свою детскую школу для всех неграмотных, место для этого хватит в большом каретном сарае у нас на дворе, и спортом заодно займётесь".

Так получила своё начало эта затея. А конец её был в марте 1916 года, когда наша школа стала уже 7-классной. Основным предметом каждый день был урок просвещения на разные практические темы: здравоохранение, домашнее хозяйство, ремонт жилища, уход за малыми детьми. Мы ставили небольшие пьесы, рисовали карикатуры на пьяниц и курильщиков и многое другое, например, читали литературу с комментарной критикой. Были у нас лекции по вопросам самовоспитания и на общественные темы. Главным результатом Вырицкой детской школы было снижение преступности и употребления алкоголя в нашем районе. Царское правительство с самого начала, с 1909 года преследовало наше ценное начинание из-за бессмысленных подозрений. Если в семьях учеников были отцы алкоголики, то они вредили нам, зовя на помощь жандармов и местную полицию, клеветали политическими бессмыслицами – мол, дети выходят из-под их подчинения и становятся политическими бунтарями, чего, в самом деле, не было, а только клевета несознательных взрослых. Тогда была Первая мировая война, и не хватало прогрессивно думающих, и всяким вредителям было легко проделывать свои тёмные дела. После запрета властями детям обучать себя и воспитывать стало мертвенно пусто, мы поняли, что мир взрослых болеет неизлечимой эпидемией».

До глубины души маленький Ахола-Вало был против царской власти:

«Какой ужас! Сегодня день царя и нам необходимо поднять флаг на вышку. Бедный отец, как бы он не упал с крыши вышки, так как шнурок флага порвался в прошлый раз при его поднятии. По закону сегодня ничего нельзя делать, только царский гимн разрешается распевать. Но я умышленно буду выступать против закона и буду работать сильнее, чем всегда».

Именно в те годы родилось учение Алексантери Ахола, которое он позже назовёт АЭ-эвохомологией. 8 мая 1911 года, когда Алексантери было 11 лет, он разговаривал на эту тему с дочкой его домашней учительницы Люми, с Лидией и позже сделал запись в дневнике:

«Об этом мне еще необходимо тебе рассказать – сказал я ей, задумываясь. – Если бы все люди одинаково поняли самое ценное правило – я его называю "мудрой любовью" – тогда оно бы стало основным понятием для каждого, независимо от возраста. Если люди хорошо воспитаны, то им легче вместе работать и создавать плоды науки для общего блага.

– Из чего состоит твоя разумная любовь? – спросила Лидия.

– Она состоит из всего того, без чего нельзя осуществлять деятельность, улучшающую жизнь. До сих пор в мире существуют эгоистические взгляды о любви и ими заполнено всё человечество нашего времени. Чистая и целостная любовь бывает очень редко. Может быть, что её даже не существует в той форме, которой я сам её научился понимать».

Всего через три года, в 1914 г. он предсказал то, что через 100 лет его записи будут напечатаны отдельной книгой:

23 июня 1914 г.

«Ведь дневники эти, что пишу – это история, которая будет книгой напечатана через 100 лет. Но не вечно же зло, всё-таки, будет на свете. Об этом я стал думать в последнее время и главное только то, чтобы эти дневники могли бы быть сохранены, как и до сих пор, в тайниках».

30 января 1914 г.

«В будущем человек моего возраста поступит в университет, потому что начальное обучение начнётся в 4 года. Это вполне возможно, потому что взрослые будут обучены правильному миропониманию вообще и пониманию психологии ребёнка. Ребёнок будет находиться в развитой умственно и нравственно высокой среде. Если сейчас случится революция, сразу ничего не переменится, потому что сознательных людей ещё нет. Обучения сознательности ещё нет. Власть будет принадлежать большинству несознательных. Это значит, обстановка состояния неразвитости будет, как до революции. Поэтому надо обучать сознательности и воспитывать, задолго до революции. Будет холостая революция, беспочвенная. Злоба, преступления, несправедливость – всё останется».

2 февраля 1914 г.

«Меня мучает такая беспомощность, какой никогда раньше не испытывал. Надо делать что-то, до чего не могу сейчас додуматься. Надо придумать то, что сильнее денег. Оно должно быть более увлекательным, чем деньги или материализм. Эта наука, без которой другие виды науки не могли бы прогрессировать. Мне кажется, что это может быть наука о самом человеке, о его усовершенствовании, и она должна являться универсальной – всеобъемлющей».

В 1916 году Алексантери Ахола успешно поступает в элитную школу "Маяк" в Санкт-Петербурге на медицинские курсы под руководством доктора Зендера. Он становится самым младшим студентом. К тому времени Али уже знает 4 языка: французский, финский, шведский и русский. Впоследствии изучит ещё несколько, но все они будут славянскими. На школу зарабатывает сам, что, конечно же, скрывается. Подрабатывает трубочистом, пекарем, путейцем, помощником аптекаря, водителем трамвая. Его близкий друг Володя Избаков работает в Смольном библиотекарем у Владимира Ильича, поэтому Али часто видит Ленина.

Ахола-Вало и Октябрьская революция.

В своем дневнике от 25 марта 1911 года Александр написал о споре с отцом:

«У меня навсегда остались в памяти эти слова отца: "Если революция победит, все изменится в лучшую сторону. Тогда уже не будет государей и работающих по их велению и на их благо, а все будут равными, достойными людьми".

Я добавил к этому, что "если человека не воспитывают, как надо жить, то революция здесь не поможет". Но отец сказал, что "всё зависит от условий жизни, как писал Маркс, что все средства принадлежат всем нам вместе, а не только капиталистам. Поэтому после революции всё изменится к лучшему".

Когда я не согласился с этим, отец рекомендовал мне прочитать "Капитал" Карла Маркса. А я старался убедить отца в том, что материя станет лучше через улучшения человеческих качеств. Но отец настоял на теории Маркса, что человек всегда будет зависеть от материализма, как писал Маркс. Мы не пришли к общему мнению, и спор оказался напрасным».

Отец Али твёрдо верил в революцию. Следующую запись Алик сделал первого мая того же года: «Весь вечер я разговаривал с отцом о том, что в ближайшие годы может произойти в мире. Отец верил в революцию, и он говорил о её необходимости, но я сильно хотел доказать, что революция пока не нужна, а необходимо усиливать процесс просвещения среди рабочих и крестьян, чтобы среди них царило единство и чтобы они лучше понимали смысл жизни».

Сам Али верил в силу просвещения, а не в силу революции. В следующий день он продолжил свои мысли: «По пути отец объяснил мне, как в книге "Капитал" Карл Маркс писал о том, что будущее мира станет цветущим. Я послушал его и подумал о том, с помощью кого оно может стать цветущим, если нынешний народ в России так малоразвит и безграмотен? Еще раз я напомнил отцу об этом, но он был убежден в том, что всё будет развиваться в лучшую сторону. Я тоже хотел верить тому, что к власти придут люди, которые могут создать новые школы для просвещения народа».

В конце 1916 года Али уже принимал участие в опасной операции по освобождению революционеров из тюрьмы "Шпалерной" и раздавал газеты "Правда" в Петрограде.

Ночь перед Октябрьской революцией 17-летний юноша Александр Ахола провел у лучшего приятеля отца Каарло Куоса, в самом центре Петрограда, по адресу Мойка, 12 – в том же доме, где когда-то жил Пушкин. Али просил поручения для себя, но Куоса ему строго ответил: «Если ты будешь нужен, я тебе дам задание. В будущем ты будешь нам необходим. А теперь замолчи. Сейчас действуют огромные силы и твоя сила здесь не нужна. Ты слишком маленький деятель по отношению к тому, что сейчас происходит».

Ахола-Вало был очевидцем и свидетелем российской революции, но не был активным деятелем, хотя его самые близкие друзья стали революционерами. Каарло Куоса являлся членом подпольной революционной организации. В своей тайной домашней типографии он печатал листовки и переводил на шведский язык тексты, написанные Лениным в Женеве.

Отец Алексантери Ахола-Вало был революционером. После февральских событий 1917 г., когда был свергнут царь с престола, Петтери Ахола организовал демонстрацию в честь революции у себя в Вырице. Али шагал в первом ряду под красным флагом вместе со своим отцом. По его просьбе молодой художник написал для демонстрантов транспарант, лозунг которого был против войны в Европе: "Долой войну! Хлеб народу!". Демонстрация прошествовала на площадь, где отец выступал перед народом: «Свержение тирании говорит нам о том, чтобы мы начали строить более счастливую жизнь и отказались от той нищеты и тьмы, которую возродил царизм. Прежде всего, война должна быть закончена

Местный лидер меньшевиков не мог согласиться с этим, и между ними возникла ссора. Большинство из демонстрантов, как и Ахола-Вало не были членами никаких партий. Но за антивоенную пропаганду семью Ахола-Вало выселили из своего дома.

После Октябрьской революции институт, в котором учился Алексантери, закрылся. И в 1919 году он вступил в Красную армию из-за необходимости защитить Петроград от наступления белой гвардии. Но Али не принимал участие в боевой деятельности, так как служил в 6-ой дивизии, сформированной из актёров царского театра и бывшей отделом просвещения. Он учил народ читать, работал в библиотеке, выступал с лекциями о воспитании, по мере продвижения фронта создавал школы и ставил спектакли. В 81-летнем возрасте Ахола-Вало, во время интервью по радио, вспоминал Октябрьские события и их значение. Самым главным изменением сотворённым революцией, на его взгляд, стали изменения в положении ребёнка. Царская система базировалась на понятии "сильный правит слабыми". Такая позиция изменилась после революции и, по мнению Алексантери Ахола-Вало, это было самым главным её достижением.

Художественное искусство.

На гербе Ахола-Вало изображен большой источник света, солнце, на котором растет пальмовое дерево, пустившее свои корни до самого земного шара, словно вены и артерии через сердце. Солнечные протуберанцы переплетаются вулканически, образуя слово "VALO", что означает "свет". Именно этим светом и была пронизана вся жизнь и деятельность выдающегося человека, Алексантери Ахола-Вало. Его не случайно называют одним из первых советских актёров и мультипликаторов. В начале 20-х годов Али строил тринадцатиметровую модель броненосца "Потёмкин" для гениального фильма Эйзенштейна, где и сам в белом костюме снимался в известной сцене с одесскими лестницами.

В 1920 году А. Ахола-Вало участвовал в походе Красной Армии на Варшаву под лозунгами мировой революции. Из Петергофа его путь лежал через Витебск, Лиду, Гродно в местечко Кренги у польской столицы. Там был ранен, долечиваться поехал в Витебск. В его архиве имеются фото с жертвами советско-польской войны.

В Белоруссию Алексантери Ахола судьба занесла не случайно. Именно с периодом жизни в БССР связан творческий рассвет художника. В начале 20-х гг. он поступает учиться современному искусству в знаменитую школу Ю.Пена. Здесь его учителями становятся Марк Шагал и Казимир Малевич. Здесь же он знакомится со своей первой женой Еленой Никонович-Яцевич.

После смерти Ленина в 1924 году Александр Ахола-Вало написал большое, 6-метровое полотно, изображавшее вождя; оно было выставлено в Витебске с подсветкой изнутри. О своей жизни в Витебске художник позже напишет в своём дневнике: «В этот период окончательно сформировались мысли о том, как человечество может избавиться от неправильного порядка жизни и вредных обязательств, что идут от хронического варварства и слепого материализма. Я убедился, что надо создать ответственную науку про качество человека, от которой на самом деле "воспрянет род людской". Именно в Витебске я проводил первые эксперименты самообразования, а в 1931-м уже серьезно углубился в рационализаторскую педагогику».

После окончания училища, в 1925 году, Александр переезжает в Минск, уже зрелым мастером, обладающим отчетливым индивидуальным творческим почерком и устраивается на работу учителем местного центра искусств. Для его творчества белорусского периода характерны обобщенность, гротеск.

В Минске А. Ахола все чаще обращается к национальной тематике. И делает это удачно, о чем свидетельствуют его иллюстрации к произведениям белорусских писателей. Общаясь с людьми, оформляя книги, Ахола – Вало настолько овладел белорусским языком, что начал писать на нём художественные произведения. Именно в Минске состоялась его первая персональная выставка.

В 1930 Алексантери Ахола присоединяет к своему полному имени псевдоним "Valo" – "Свет" и за полгода разрабатывает и строит "Павильон истории страданий человечества" в Минске. Посреди павильона стояла гигантская 6-метровая скульптура из дерева "Голиаф", "Вооруженный тиран мира" со световой панелью на спине, на которой посетитель имел возможность узнать судьбы знаменитых мучеников, например Бруно или Хаса (аланский царь, ослеплённый и четвертованный монголами). Свет в монокле гиганта освещал всю площадь выставки.

Даже в настоящее время этот храм представлял бы собой потрясающее зрелище. И сам замысел создания такого павильона перед началом сталинских репрессий кажется настоящим произведением века. Не удивительно, что немцы во время войны, после вторжения в Минск сразу взорвали храм.

Идеи Ахола-Вало об улучшении человека оказались востребованными. Сама Надежда Крупская, которая тогда курировала "Московский научно-исследовательский институт матери и ребенка" заинтересовалась проектами Алексантери Ахола. В его архиве имеется письмо к ней, из которого следует, что художник получил работу в Москве, благодаря протекции супруги вождя. Поэтому он переехал в столицу, бросил графическое творчество и целиком отдался практическому осуществлению своих теоретических положений. Ахола-Вало был руководителем идеологической и научной работы в "Обществе по улучшению образа жизни", где развивал свои воспитательные идеи, а позднее в "Институте материнства и защиты детей" строил трубы для ползания детей, в проекте с наглядными пособиями, который должен был бы "изменить структуру всего государства". И так как революция намеревалась завоевать всю планету, Али чувствовал, что он принимает участие в воспитательном проекте, касающемся всего человечества. Ахола-Вало в педагогических целях всегда соединяет изобретения модернизма с прочным реализмом. В автопортретах того времени мы видим крепкого и жизнерадостного молодого человека с ясными чертами, который верит в идеи и просвещение, однако – не как партийный пропагандист.

Одной из самых ошеломляющих его затей было создание проекта "Кольцо озеленённых городов вокруг Москвы", где около миллиона горожан могли бы жить в здоровых и благоустроенных условиях. Это напоминает планы Леонардо да Винчи, в которых он стремился перестроить тогдашнюю Флоренцию таким образом, что человек и природа были бы соединены в одно целое. Но, как и во время Леонардо да Винчи, денежные средства были переданы на вооружение. План озеленения Москвы так и не был осуществлен, и до сих пор нигде на нашей планете не смогли удовлетворительно разрешить проблему противоречия между природой и городским человеком. Со временем психоаналитические опыты "белорусского финна" некоторым московским деятелям показались странными и даже подозрительными. Над художником начали сгущаться репрессивные тучи. И он, по совету старого большевика Карла Радека, спешно, вместе с женой и двумя дочерьми, родившимися в Минске, засобирался на родину в Финляндию.

АХОЛА-ВАЛО И БЕЛАРУСЬ. С Беларусью Алексантери Ахола-Вало связывало немало. А всё началось с 1920 г., когда молодой красноармеец решил принять активное участие в знаменитом походе Первой Конной армии на Варшаву. Несколько армий шло через Витебск под лозунгами мировой революции. В архиве музея Алексантери Ахола-Вало в г. Хямеэнлинна (Финляндия) находятся альбомы рисунков с изображением путей-дорог того знаменитого похода через Гродно-Лиду-Белосток. Можно с уверенностью говорить о том, что идеи всемирной революции навсегда определили направленность жизни и творчества художника-мечтателя: бороться за идеи братства, равноправия народов мира, а также лучшее будущее для детей.

Ахола-Вало (Александр Петрович, или “дзядзька Алесь”, как звали его в 1920-е гг.) чудом остался жить, лечился в витебском госпитале. “Витебский период” (1920-1923 гг.) включил многие важные события жизни, главными из которых было участие в художественной жизни города, знакомство с Еленой Никонович-Яцевич, женитьба, устройство на работу в качестве художника-воспитателя в одной из местных школ, посещение занятий в академической мастерской Ю. Пэна, графической мастерской С. Юдовина и лекций теоретиков авангардизма – В. Ермолаевой и др.

Именно в Витебске Ахола-Вало смог успешно освоить мастерство офорта, линогравюры, станкового графического рисунка.

Его графика появляется на страницах газет и журналов. В Витебске же художник выполнил первые иллюстрации для своей программы по усовершенствованию человека. Позже она станет известной под названием “Эвохомология”(от “хомо” – человек). Основной принцип этой системы заключается в том, что каждый человек должен постоянно фиксировать свою активность по таким основным направлениям как восприятие, учёба, отдача опыта и знаний.

В Минск Ахола-Вало впервые приехал в январе 1925 г., уже после окончания Одесского художественного училища. Приехал сложившимся художником-графиком, пропагандистом новых идей. В Минске Ахола-Вало ожидал настоящий успех. Он стал своеобразным образцом для культурной элиты того времени. Он сам конструировал свою одежду, ездил по Минску на оригинальных санках собственного изготовления. Он работает над графикой для многих изданий, среди которых были “Работніца і сялянка”, “Малады араты”, “Піянер Беларусі”, “Беларуская вёска”, “Чырвоная змена”, “Орка”, “Плуг”, “Савецкая Беларусь”, “Млот”, “Трыбуна мастацтва”, “Звезда”, “Сельский строитель”, “Красный пролетарий”, “Красный крест” и др.

И везде в своих рисунках художник подчёркивает значимость социальных перемен в обществе, направленность на сдвиги в сознании на пути приобретения нужных качеств для строительства социализма. Революционность А. Ахола-Вало в графике нашла своё отражение, прежде всего, в его способности увидеть наиболее передовые мысли в искусстве других. Значительное влияние на его творчество оказал конструктивизм (у Ахола-Вало сложились дружеские отношения с В. Татлиным). Например, гравюра “Космос. Октябрь”, которая в 1925 г. появилась на первой странице газеты “Савецкая Беларусь” (от 8 октября), имела композицию в виде земного шара и вращающейся шестерни.

Он много экспериментирует в области граверного искусства: его линогравюрные доски после определённой обработки выдерживали 10-15-тысячные тиражи.

В 1927 г. в Лейпциге на всемирной выставке книг экспонировались книги Госиздата, оформителями которых были В. Двораковский, П. Гутковский, А. Тычина, Г. Змудзинский и А. Ахола-Вало. В 1928 г. по результатам Всебелорусской художественной выставки Ахола-Вало получил первую премию за цветную гравюру “Дожинки” и другую за скульптурный бюст А. Мясникова.

За время работы над составлением списка произведений Ахола-Вало, который на сегодняшний день включает более двухсот произведений (иллюстрации, заставки, портреты и др.), было определено авторство Ахола-Вало художественного оформления многих известных классических произведений белорусской литературы (“Новая зямля” Я. Коласа, А. Вольнага “Табе”, М. Грамыки “Плынь”, А. Александровича “Угрунь”, К. Чорнага “Хвоі гавораць”, П. Труса “Ветры буйныя”), а также уже редких библиотечных журналов (“Чырвоная сялянская вечарына”, “Прасторы”,” Китай”, “Эскадрилья мировой революции” и др.). Всё это даёт возможность говорить о том, что финн Ахола-Вало отдал дань периоду белорусского возрождения, которое определяло художественную жизнь Белоруссии 1921-1930-х гг.

Активная гражданская позиция Ахола-Вало нашла отражение и в программе товарищества “Прамень”, организатором и создателем которого был он сам. Основной задачей этой организации было создание новой среды для социального и творческого развития. И – как заключительный аккорд белорусского периода – участие в создании одного из павильонов Первой промышленной и сельскохозяйственной выставки 1930 г.

По проекту Ахоло-Вало было построено сооружение высотой 17,5 м. Оно называлось Павильон МОПРа. Его целью была агитация против негативных явлений в жизни капиталистических стран. Главная скульптура павильона – Аллегория международного бандитизма – открывала новую страницу в идейных замыслах автора, искреннего поборника счастливой жизни всего человечества.

Многогранная творческая жизнь А. Ахоло-Вало получила прекрасное отображение в экспозиции музея художника в городе Хямеэнлинна (Финляндия), открытого ещё при жизни мастера. “Белорусский отдел” музея украшают произведения, созданные в Витебске и Минске – натюрморт из мастерской Ю. Пена, эскизы и проекты павильона МОПР для первой промышленной и сельскохозяйственной выставки 1930 г. в Минске, гравюра “Дажинки” (1928), гравюра “СССР. Октябрь” и др.

Чужой среди своих. В 1933 году Ахола-Вало выехал в Финляндию по паспорту Великого княжества Финляндского со всем своим архивом и поселился в городе Хямеэнлинна.

Его красное прошлое у финских властей вызвало подозрение. С началом Зимней войны Ахола-Вало арестовали.

«Моя душа стремится вперед, а этому пытаются препятствовать "сумасшедшие"». Так сказал художник о великолепной акварели, которую он написал тремя цветами краски во время заключения в Финляндии. На ней человек синего цвета поднимается к вечному свету по лестнице времени. В тюрьме в Таммисаари он также написал мучительно точную картину с изображением действительности своей тюремной камеры, в которой можно увидеть даже пыль на проводе лампы. Али вспоминал жестокого тюремщика с лошадиной головой, которого заключенные звали "Хоппа" – "Конёк". После бомбёжек, которых заключенные очень боялись, прячась под свои кровати, "Конёк", стоя в дверях, кричал "узникам совести": "Ну-ка, посмотрите, какой ужас вы сотворили!".

Пробыв в заключение ровно 100 дней, Али принимает решение эмигрировать в Швецию. Вместе с семьёй и своим богатым архивом он пересекает границу, благодаря заступничеству Аксели Гален Каллела. Знаменитый художник однажды так представил Али своим друзьям: «Вот молодой человек, познакомьтесь, пожалуйста. Он будет продолжать традиции искусства Финляндии!».

Законы Швеции в первое время официально запрещали ему заниматься живописью, и Али бросил все силы на разработку и дополнение изобретённой им самим науки символов – Эвохомологии.

Ахола-Вало и в Швеции продолжал вести дневник: «Многое говорит о том, что человек должен сам творить и владеть своей жизнью, однако структуры становятся все жестче и жестче. Структура образования многократно усложнилась, но сама ситуация обучения осталась та же. Учителя раздают готовую информацию в скучной классной атмосфере, и главной целью обучения являются только сдача экзаменов и продолжение учебы. Мало того, что сокращают продолжительность уроков рисования, физкультуры и трудового воспитания, и также учеников не учат ориентироваться в жизненных ситуациях, но и под предлогом автоматизирования методов разработки информации забывают об основных открытиях, которые вдохновляли бы душу ребёнка. Таким образом, учитель мог бы работать как настоящий художник, который относился бы к своей работе с пламенным энтузиазмом, …заражая своим азартом, следовательно, и детей».

«Маленький исследователь, как и маленький художник, скрывающийся в каждом человеке, может оказаться ближе к действительности, чем учёный, обученный до совершенства. Вопросы, приводящие к новому мировоззрению, являются детскими», – как-то заметил Альберт Эйнштейн.

Прожив в соседней скандинавской стране долгие 40 лет, Ахола-Вало преподавал в художественной школе, читал лекции и даже возмущался деятельности королевского правительства..

В 1963 Александр Ахола-Вало в Швеции лично встретился с первым космонавтом Юрием Гагариным и подарил ему свою гравюру "Октябрь в космосе", написанную в 1925 году в Минске. На ней изображена планета Земля, страна СССР и слово "октябрь", приводимое в движение деталью механизма мировой революции. Ныне эта гравюра находится в Москве, в Музее космонавтики.

В 1982 году Ахола-Вало вернулся в Финляндию в город Xямеэнлинна, однако не почитаемым героем, с которым история обошлась несправедливо, а чудаком, особенный характер которого понимали лишь немногие. В небольшом провинциальном городке жизнь сводит его с Ристо Суванто, вместе с которым они основывают общество Elpo. Это общество взяло на себя труд по сохранению духовного наследия Алексантери Ахола-Вало и продвижения в жизнь его идей.

Сейчас архив в Хямеэнлинна – это одно большое помещение, полностью заполненное документами, папками, книгами и коробками, часто без всяких опознавательных надписей. Вход – только для специалистов, предварительно составивших обращение к директору фонда Ристо Суванто.

Незадолго до смерти в 1997 году Ахола-Вало завещал сохранить свой архив в одном месте в неделимом состоянии. Поражает объем собрания. Тысячи графических листов, архитектурные проекты, личная переписка, футуристическая живопись и фотоархив. Пытаясь реализовать лучший жизненный план, художник фиксировал практически все повседневные события.

У Ахола-Вало была своя миссия, он переживал за все людские страдания и искал человеческое в человеке. На самом деле это был художник толстовского типа, – считает Ристо Суванто, председатель фонда Ахола-Вало.

За год до смерти Ахола-Вало реализовывал свой очередной фантастический проект. Совместно с режиссером Марьей Мюллюниеми он поставил в детском театре пьесу, которую написал в Вырице 14-летним мальчиком. «Удивительно, что в пьесе Вало говорит об актуальных вещах. Институт школы остается авторитарным и часто давит на ребёнка. Насилие не ушло из сферы воспитания, и об этом он говорил за год до смерти», – отмечает театральный режиссер Марья Мюллюниеми.

15 сентября 1997 г., на 98-м году жизни, умер известный финский художник, учёный, писатель Алексантери Ахола-Вало. Умер в Швеции, куда приезжал в имение своей второй жены-шведки, чтобы увидеть, как идёт работа по реставрации и строительству помещения художественной школы. Согласно завещанию, его прах был развеян над Балтикой в районе сближения трех границ – русской, шведской и финской.

Неважно, маленький народ или большой, но примером является тот народ, который понимает, каким человек должен быть. (Алекcантери Ахола-Вало)

Сегодняшние дети – это граждане завтрашнего мира, их выживание, защита и развитие являются непременным условием развития человечества в будущем.

Опыт создания школьной общины А.Ахола-Вало заслуживает серьёзного исследования. Хотелось бы, чтобы его последователи появились во многих странах.

 

Использованные материалы:

Суванто Ристо, Пиртола Эркки. Aleksanteri Ahola-Valo, taiteilija ja filosofi.– Tampere.

Aleksanteri Ahola-Valon (1900-1997) matka lapsinerosta kuvataiteilijaksi ja kasvatusfilosofiksi.

Aleksanteri Ahola-Valon tuotantoa esillä Svenssonilla 2.7.-31.8.2012 http://youtu.be/853ngqFYZ8Q

Аleksanteri Ahola-Valo. verisunnuntai.mov http://youtu.be/UhkHU4bT7nw

http://yle.fi/elavaarkisto/artikkelit/aleksanteri_ahola-valo_taiteilija_ja_filosofi_25455.html#media=25459

Материалы научно-информационного издания "Сообщения Национального художественного музея Республики Беларусь", выпуск 6, 2005. – Мн., Белпринт, 2007.