Педагогика Культуры

Общественный научно-просветительский журнал

Я пою у стен родимых…

 

Поддержание традиций – это дело Культуры, и мы все вместе это стараемся делать. Как писал сам Н.К.Рерих, мы собрались для того, чтобы создать «международный импульс к обороне всего самого драгоценного, чем живо человечество»

Спецификой деятельности общественных организаций, стремящихся привносить культурологические основы нового космического мышления является КРАСОТА. Красота познается человеком лишь через Культуру, ее неотъемлемой частью является творчество. Об этом говорится в книгах Живой Этики.

Творчество следует интерпретировать как источник чего-то вечного, непреходящего в культуре. Вступая в жизнь, каждое поколение застает определенный уровень развития техники и технологии, науки и философии, искусства, нормы морали, каноны религии. Оно должно не только воспринять доставшийся ему от отцов и дедов социальный опыт, но и умножить его, внести в него свою собственную лепту.

Главной целью образования должно стать воспитание новой личности. Важнейшая задача – поиск и осмысление ценностно-значимого исторического факта, культурного блага, оказавшего влияние на развитие и формирование человечества, его уклада жизни, языка и искусства, человеческой индивидуальности, связанной с определенной социокультурной эпохой.

Пакт Рериха есть реальный знак космической эволюции. Это наш ориентир в трудном и сложном эволюционном пути человечества. Пакт Рериха, во всей его полноте, есть космическое явление, связывающее нас через наше культурное наследие с миром высокого состояния материи, ведущей нас по пути космической эволюции, которая дает нам возможность избегать провалов хаоса и тьмы. Без прошлого нет будущего, утверждал Н.К.Рерих. Разрушая прошлое, его культурные и исторические памятники, уничтожая их энергетику, мы уничтожаем свое будущее.

Идеи Пакта, призывающие к миру через Культуру и Красоту, через созидание и совершенство, сохраняют свою актуальность и международное значение и сейчас. Мы вновь говорим о необходимости объединения усилий всего международного сообщества с целью сохранения Культуры во имя будущего наших стран и народов.

Почему творчество человека является основополагающей функцией Культуры, и каковы условия ее реализации?

Самопознание – самосознание – самомодель – самовоспитание – самообразование – самодисциплина – самоконтроль – саморегуляция – саморазвитие – самореализация – самоутверждение как следствие и результат выполнения личностью себя самой как неповторимой индивидуальности, творца и творения культуры. Этот инновационный подход к предмету культурологии, ее законам и категориям, целесообразен и необходим наряду с другими концепциями, поскольку он связывает мир человека с социальной памятью и социальным опытом, теорией, практикой. И главное – побуждает студенческую молодежь к творческой жизнедеятельности.

Пакт Рериха полностью направлен на эту эволюцию, утверждающую Свет, Красоту и Мир. Знамя невидимо существует в сердце каждого честного человека, кто старается укрепить своим духом, волей, энергией то победоносное шествование Культуры, которое несмотря ни на что обязательно принесет нам всем Свет будущего. Формы меняются, они приходят и уходят, как тени, на экране времени, но остается этот бессмертный дух, который в новых формах создает прекрасное будущее всему человечеству.

Главной целью образования должно стать воспитание новой личности – НОВОГО СОЗНАНИЯ, которое дает поддержание именно этой традиции.

Мы рады сотрудничать со многими видимыми и невидимыми друзьями, потому что без невидимой помощи не было бы поднято над Землёй Знамя Мира.

 

Лииматайнен Мира-Валентина,
председатель Финляндского общества им. Н.К.Рериха,
г. Хельсинки, Финляндия

 

 

Приносил ей песни ветер, Ей слова шептали волны, Сосны струнами звенели, Лад настраивали птицы, Вторило кукушки эхо.

1833-1904 великая рунопевица Ларин Параске.

У ижоры[1] было записано большое количество произведений эпической поэзии (так называемые руны). Руна – это отдельная песнь в карело-финском эпосе.

Среди ижоры ещё недавно жила выдающаяся певица-импровизатор рун Ларин Параске.

В Академии Сибелиуса в Финляндии разучивают ижорские песни как высочайшие образцы древнего финского пения.

Руны, как и былины в русском фольклоре, вещались, распевались под щипковый инструмент Кантеле. Кантеле – это не просто музыкальный инструмент, это символ, объединяющий в себе такие понятия, как культура, трудовая деятельность и историческое развитие многих поколений людей северного народа. Его песни создают все живое на земле, сеют добро, наказывают зло и несправедливость.

«Ларин Параске – замечательная сказительница наших дней, достигшая настоящих высот певческого искусства. Для современного поколения она является образцом совершенного мастерства, которое может быть доступно только выдающемуся певцу. Творчество Параске – это лучшее из того, что собрано у народных сказителей из областей издавна славившихся своим музыкальным искусством. Её поэзия включает в себя значительную часть рун Восточной Ингерманландии и Южной Карелии – певческих областей, в которых были обнаружены стихи, составившие сборники «Калевала», «Кантелетар» и «Лйдсуруно». Историк Оскар Реландер, 1894 г.

Ларин Параске (1833-1904) родилась в деревне Мякиенкюля прихода Лемпаала (Лемболово – современный Всеволожский район Ленинградской области). Ей повезло – она выросла на Ижорской земле, где древних песен было больше, чем камней на маленьких крестьянских полях. В ижорских деревнях пели почти все. Но она превзошла всех. От неё записано 1152 песни, 1750 пословиц, 336 загадок, множество причитаний. Она знала более 32 тысяч стихов!

У неё была просто фантастическая память и невероятный талант. В любую старинную песню она вносила что-то своё, ее импровизационный дар завораживал всех. Она придумывала песни сама и вкладывала в них всю свою тихую радость и огромную боль.

Открытие таланта Ларин Параске произошло, когда сильная нужда заставила её придти к собирателям фольклора, сначала А.А. Борениусу, а потом – к пастору В. Неовиусу, платившим небольшие деньги за исполнение народных песен. Настоящая популярность пришла к рунопевице в 1890-х годах, когда её пригласили в Гельсингфорс (Хельсинки) и другие города Финляндии исполнять ижорские руны. Живописцы писали её портреты, плачи Ларин слушал композитор Ян Сибелиус, о ней писали газеты. В 1893 году был опубликован первый сборник песен Ларин Параске.

Ижорские руны были использованы финским фольклористом Элиасом Лённротом (1802-1884) при создании текста "Калевалы" (цикл о Куллерво). «Калевала» увидела свет в 1835 году – на первый взгляд самый молодой эпос из всех существующих, однако, мифы и сказания, которые легли в его основу, сложились еще в I тысячелетии до н. э. До сих пор произведение является национальным достоянием и гордостью Финляндии.

«Калевала», пожалуй, самый миролюбивый эпос среди всех подобных творений, поскольку его центром являются не славные походы и битвы, а таинственное знание о происхождении вещей. В «Калевале» помимо повествовательных рун присутствуют также обрядовые песни, семейные и заговорные, представляющие интерес для историков в качестве основы для изучения быта и творчества простых селян. Кроме того, чертой, отличающий карело-финский эпос ото всех прочих, является так же тот факт, что все похождения героев и события, описываемые в рунах, не имеют под собой исторической подоплеки и являются исключительно сказочными. Еще один интересный момент, прослеживающийся в каждой из песен, заключается в том, что карелы и финны придавали очень большое значение музыке и слову: человек, знающий особые наговоры мог творить чудеса, а звуки игры Вяйнямёйненом на кантеле покоряли ему всю природу.

Основной его составитель – Элиас Лённрот, который и придумал название произведения, а также собрал, упорядочил и обработал народные легенды.

В старинных ижорских песнях пелось о любви, об исключительной привязанности к родным местам, гордости за свою землю.

Приносил мне песни ветер. Жизнь Ларин Параске была тяжела и многотрудна, но её голос пел чисто и прекрасно, как "руокопилли", как тростниковая свирель.

Приносил мне песни ветер, Ледяной порыв весенний, Их ко мне толкало море, Гнали их морские волны.

Ларин Параске (1833–1904) была известной сказительницей рун, от которой было записано больше, чем от кого бы то ни было другого, устных преданий. Они послужили основой для творчества многим деятелям искусств периода финского национального романтизма и стали частью всего финского культурного наследия.

Родом из Ингерманландии Ларин Параске (в девичестве Параскева Никитина) стала главной фигурой среди сказителей народных финских рун. Её поэзия также является ценнейшим вкладом в карельскую культуру. От неё было записано 1 343 руны, которые состояли почти из 32 тысяч карельских стихов, а также 1750 пословиц, 336 загадок и множество поэтических плачей.

Стихи Ларин Параске:

Для других – края другие,
для себя хвалю – родные.
Мне чужбина – как черничка,
край родной – как земляничка,
белой яблони цветочек.
Край чужой краснее крови.
Лучше на земле родимой
посреди ходить болота,
чем в чужой земле немилой
улицею городскою
по булыжникам гремящим.
Лучше на земле родимой
из-под лаптя пить водицу,
чем в земле чужой немилой
пиво пить из полной кружки,
хмель пригубливать из рюмки.
Лучше на земле родимой
в бане спать на жестком камне,
чем в земле чужой немилой
на постели спать ворсистой.
Лучше на земле родимой
обходиться хлебом грубым,
чем в земле чужой немилой
есть в гостиных хлеб пшеничный,
кушать булки с красной коркой.
Лучше на земле родимой
проживать в избе-трехстенке,
чем в земле чужой немилой
хаживать в господских залах
с теми, кто в накидках синих,
в тонких армяках суконных,
кто в изящных свитках желтых.

Пастор Адольф Неовиус в конце 1880-х годов начал запись большого собрания рун, напетых Параске. В 1891 году на ежегодном собрании «Общества финской литературы» в Хельсинки Ларин Параске стала сенсацией. Её слушателями были выдающиеся деятели искусств во главе с Яном Сибелиусом. В 1893 году её портреты писали Альберт Эдельфельт и Ээро Ярнефельд.

В 1936 году планировали построить дом Калевала, но проект не осуществился, тем не менее, остался созданный для него скульптором Алпо Сайло памятник рунопевице. Памятник Ларин Параске установили в парке Хакасалми рядом с Национальным музеем на улице Маннергейма в 1949 году. На постаменте памятника выбита надпись: «Финской крестьянке, знавшей и сохранившей народные руны и предания». При создании реалистичной бронзовой фигуры Ларин Параске скульптор Сайло использовал портреты, написанные художником Альбертом Эдельфельтом. Эта единственная в своём роде скульптура в Хельсинки – редкий образец женского памятника с портретной схожестью.

Судьба сказительницы была не из лёгких. Её отец Микита и мать Татьяна были крепостными у помещика Кузова. Ларин Параске вышла замуж в 20-ти летнем возрасте за Гаврилу Степанова старше её на 20 лет и переехала на земли Великого княжества Финляндского. Её мужа называли Гаврила из Ларила, по названию хутора, где он проживал, отсюда и имя самой Ларин Параске. Жизнь Параске сильно изменилась, когда пастор Неовиус, собирая народные песни, начал её слушать. Он сразу заметил в ней исключительный талант. Позже она долгое время жила у пастора в Порвоо. Жизнь Параске омрачали постоянные денежные затруднения. Дом и небольшой земельный надел за недоимки продали с молотка. В последние годы её жизнь стала более стабильной, так как «Общество финской литературы» назначило ей пенсию.

Жила как в сказке – это не про нее. Злую шутку сыграла судьба с Ларин Параске. Будучи знаменитой сказительницей, знавшей более 32 тысяч стихов, народных и собственного сочинения, послушать которую приезжали великие деятели культуры Финляндии XIX века, она всю жизнь провела в работе и борьбе с бедностью.

Настоящее имя Ларин Параске – Параскева (Прасковья) Никитична Никитина, в замужестве Васки. Родилась она 27 декабря 1833 года (по новому стилю 8 января 1834 года) не на территории тогда еще Великого княжества Финляндского, а в ижорской деревне Мякиенкюля (Мишкула Санкт-Петербургской губернии). Из Великого княжества Финляндского, а точнее, из деревни Васкела (в переводе «Медное») Южно-Кексгольмского уезда (сейчас поселок Луговое Запорожской волости Приозерского района), была родом мать Параскевы Никитичны – Татьяна Васильевна. В эту же самую деревню Параскева переехала в 1853 году, выйдя замуж за 39-летнего Гаврилу Степановича Васки. Крестьянский дом (хутор) ее мужа по финской традиции назывался Ларина (или Ларин тупа). Отсюда и Ларин Параске.

Родители будущей рунопевицы были крепостными крестьянами русского помещика Ивана Кузова и имели свою кузницу, дававшую побочный заработок.

Когда Параскеве, младшей из их четверых детей, было 15 лет, умерла ее мать Татьяна Васильевна, а еще через 3 года не стало и отца. Помещик Кузов тут же присвоил кузницу себе. Один из братьев Параскевы, служивший в поместье кучером, возмутился такой несправедливостью и был за это жестоко наказан плетьми, отчего вскоре и скончался. Да и сама сказительница знала не понаслышке, что такое хозяйские розги. Поэтому девушка мечтала жить по ту сторону границы, на родине своей матери – в деревне Васкела, к юго-западу от селения Метсяпиртти (ныне Запорожское).

Желание Параскевы сбылось в 1853 году, когда она вышла замуж за 39-летнего крестьянина деревни Васкела Гаврилу Степановича Васки, который выкупил ее из крепостной неволи за 24 рубля. Есть сведения, что муж Параскевы Никитичны постоянно болел и поэтому не мог вести свое хозяйство. Однако брак их продлился 35 лет, а умер Гаврила в 74 года.

Эти данные приводят биографов Параскевы Никитиной к мысли, что немолодому уже Васке в его крестьянском хозяйстве потребовались молодые, сильные и умелые руки, поэтому он и женился на вдвое младшей его девушке. Он выкупил ее из крепостной неволи, заплатив собственнику невесты по тем временам немаленькие деньги, выгодно вложив их в свою будущую жену.

С этого началась нелегкая семейная жизнь Параскевы: она начала пахать, сеять, жать, молотить, косить. В общем, выполнять всю работу по хозяйству. А поскольку оно требовало не только рук, но и денег, Ларин вынуждена была заниматься такой тяжелой работой, как бурлачество, поднимая против течения суда из Ладоги в озеро Сувантоярви (ныне Суходольское).

Сегодня можно предположить, что и к собирателям фольклора она пошла потому, что за каждую записанную руну они, пусть и немного, но платили. А песен, благодаря своей изумительной памяти, Ларин знала много. И те, которые в детстве слышала на своей родине, и те, что пели в Васкела. Еще девчонкой, служа в пастушках, она состязалась в пении со своими подружками. При этом, обладая импровизаторским талантом, она даже известные сюжеты, плавно отходя от канона, расцвечивала несколько по-иному, органично вводя в текст рун новые образы и дополняя их ранее неизвестными подробностями.

Она родила девятерых детей, шестеро из них умерли во младенчестве. Помимо своих она воспитывала и нескольких сирот, взятых из приюта, на содержание которых получала деньги из казны.

В 1877 году собиратель народных рун Армас Борениус-Ляхтеенкорва записал от Ларин 24 песни. Только через десять лет ее как величайшую рунопевицу открыл сначала для Финляндии, а потом и для всего мира пастор Вольф Неовиус, записавший от Параске 1152 песни, 1750 пословиц, 336 загадок и большое количество причитаний. Говорят, что при первой их личной встрече Ларин пела пастору два дня подряд! Но даже такими ускоренными темпами записать все то, что знала рунопевица, было невозможно. Поэтому в 1890 году Неовиус пригласил Параске к себе в гости в Борго (ныне Порвоо). И только через три года издал первую книгу ее песен (из пятнадцати задуманных), которая практически сразу же сделала Ларин знаменитой.

Ее даром восхищались поэты, композиторы заимствовали у нее мелодии, а такие известные финские художники того времени, как Альберт Эдельфельт и Эро Ярнефельт, написали портреты рунопевицы. Она хорошо шила, вязала, была искусной вышивальщицей. Известно, что ученый Теодор Швиндт, написавший книгу «Финские узоры», благодарил Ларин за «действенную помощь» при изучении народных украшений.

Правда, слава не избавила Ларин от житейских невзгод.

В мае 1893 года она вернулась в Васкелу, где сильно бедствовала, болела. Теодор Швиндт послал ей денег на дорогу, и с ноября 1894 года до лета 1896 года Ларин Параске жила в Хельсинки, выступала перед ценителями народной поэзии.

О ее манере исполнения песен оставил воспоминания выдающийся финский живописец Эро Ярнефельт: «Она прижалась к спинке стула и начала тихонько напевать странные и печальные строки, в которых древность представала в таинственной и трепетной дымке. Я рисовал, писал красками и с восторгом слушал. Постепенно глаза ее наполнялись слезами, и наконец она заплакала в голос. На лице ее выразилась такая искренняя печаль, что невозможно было думать, будто ее слезы неискренни. Со всей живостью своего воображения и тонкой чувствительностью она вживалась в эмоциональный мир песни, возможно, вспоминая дорогих своему сердцу усопших родителей».

В записанных от Ларин Параске песнях много биографического. В них отразилась ее собственная многотрудная судьба. Не случайно у нее много песен о женской доле, о печалях и радостях невесты, матери, жены. Особое место занимают в ее творчестве песни об умерших родителях и о тяжести сиротства. Эти лирические плачи помогали излить горе, преодолеть беду.

В 1899 году избу Ларин и ее небольшой земельный участок продали с молотка за недоимки. Ей пришлось переселиться в соседскую баню. Только в 1901 году Общество финской литературы выхлопотало ей ежегодную пенсию в 100 марок. А через год ее сын Васле сумел выкупить родную избу, и сказительница доживала последние дни в своем доме. Одинокая, почти всеми забытая, она умерла в нетопленой избе 3 января 1904 года.

В то же время еще при ее жизни тексты записанных от нее лирических и эпических песен были опубликованы в Англии, Чехии, Германии.

Камень в честь сказительницы Ларин Параске и записывателя её рун.

Через 7 лет после смерти на ее могиле на Палкеальском кладбище Молодежное общество Южной Карелии поставило гранитный памятник, на котором были выбиты слова: «Приносил мне песни ветер, ледяной порыв весенний, их ко мне толкало море, гнали их морские волны».

В 1950 году в самом центре Хельсинки, между Национальным музеем и домом «Финляндия», на проспекте Маннерхейминтие, нашел себе место другой памятник великой сказительнице: здесь на пьедестал была возведена отлитая в бронзу фигура Ларин Параске.

[1] Ижо́ра (ижо́рцы) – малочисленный финно-угорский народ, в древности – основное (наряду с водью) население Ижорской земли.

Литература

Lauerma 2004 – Lauerma P. Larin Parasken eepikan kiellisestä variaatiosta. Helsinki, 2004.

http://mosaiikki.info/helsinki_ru.php?id=2013_14

Составитель: Лииматайнен Мира-Валентина